Илья Павлов — старший преподаватель Школы философии и культурологии, младший научный сотрудник Международной лаборатории исследований русско-европейского интеллектуального диалога
Москва
Ilia Pavlov — Senior Lecturer, School of Philosophy and Cultural Studies; Junior Research Fellow, International Laboratory for the Study of Russian and European Intellectual Dialogue
Moscow
Статья посвящена обсуждению концептуальных и практических проблем, с которыми сталкиваются существующие академические стратегии актуализации русской религиозной философии как постсекулярной, и разработке методологии анализа постсекулярной специфики русской религиозной философии, свободной от данных проблем. Автор указывает на взаимосвязь исторического рассмотрения русской религиозной философии как во многом обусловленной секулярным модерном и интерпретации построений русских мыслителей в контексте актуальных проблем постсекулярного общества, в то же время подчеркивая нетождественность этих оптик. При этом, по мнению автора, соединение данных подходов возможно путем перехода от историософского понимания постсекулярности, трактующего последнюю как «постсекулярную эпоху», наступающую после эры секулярного модерна, пониманием структурным, в рамках которого постсекулярность рассматривается как определенный тип позиционирования религии в условиях уже наступившего секулярного модерна. Развивая структурное понимание постсекулярности, автор связывает его с существующим в современных исследованиях трендом на понимание модерна как не единой сущности, а многообразия локальных исторических ситуаций, в рамках которых могут быть обнаружены и демодернизационные тенденции. Так, интерпретация русской религиозной философии как постсекулярного феномена в структурном, а не историософском ключе позволяет избежать двух главных проблем приложения теории постсекулярного к современному российскому контексту — во-первых, игнорирования того измерения постсекулярных процессов, которое может быть описано как продолжение секуляризации и модернизации, и, во-вторых, инструментализации понятия постсекулярного, приводящей не к формированию пространства диалога, а к обострению конфликтов. В заключение обозначаются возможные перспективы постсекулярной интерпретации русской религиозной философии, а также делаются выводы о значении работы с наследием русских религиозных мыслителей для современных дискуссий о постсекулярном.
The article puts itself in the context of rethinking Russian religious philosophy as a post-secular phenomenon. The author delineates the relationship between conceptualization of Russian religious philosophy as primarily shaped by secular modernity in historical scholar‑ ship and the newly emerging post-secular interpretation. Although these approaches differ, the combination of both of them is possible through the transition from the historiosophical to a structural conceptualization of post-secularity. The latter considers post-secularity as a certain type of positioning religion within the condition of the secular modernity that is already there. Developing this approach to post-secularity, the author connects it with the current attempts to overcome essentialist understanding of modernity by describing the latter as a variety of local historical situations, within which demodernization tendencies can be detected as well. Furthermore, such an interpretation of Russian religious philosophy as a post-secular phenomenon avoids two main problems of applying the post-secular theory to the contemporary Russian context, namely: a) disregarding the presence of the given secularity and modernity, and b) instrumentalizing the concept of the post-secular by aggravating the conflict between the secular and the religious. To conclude, the author outlines possible further avenues for the post-secular interpretation of Russian religious philosophy and highlights the significance of this strategy for the current debates.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.