Статья посвящена темной экклезиологии - новой богословской теории церкви, которая, по словам автора, представляет собой эмансипацию церковной мысли и практик от присущего им клерикоцентризма. На протяжении веков экклезиология концентрировалась на описании церковных иерархических (клерикальных) структур, через которые задавалась нормативность в церкви. Все странное и ненормативное при этом остается в тени, но продолжает существовать в церкви. В область тени попадают «невидимые» группы, которые оказываются исключенными клерикальной властью из пространства экклезиологии (женщины; квир-люди; некрещеные люди; человеческие эмбрионы; животные и другие нечеловеческие живые существа; священные предметы и вещи). Темная экклезиология позволяет по-новому взглянуть на церковь. Как метод теологических исследований церкви она заново ставит вопрос о ее составе, устройстве и границах. Обнаружение области «церковной тени» позволяет говорить о церковных акторах и вещах без их исключения из церкви или насильственной нормализации в рамках нормативных экклезиологических теорий. Критический потенциал темной экклезиологии позволяет вскрывать контингентность церковных норм и произвольность исключения из церкви тех, кто сам относит себя к церкви. Теневые акторы описываются средствами богословского инфраязыка, который представляет собой способ соотнесения в одном пространстве разных перспектив и нарративов, через которые они сами описывают свою принадлежность к церкви. Этот инфраязык позволяет также проводить между церковными акторами и вещами гораздо большее число связей, чем те языки, что задаются властными клерикальными нарративами (например, рассматривать евхаристию не только в рамках клерикально заданных ролей). Темная экклезиология обращается к плоской онтологии, утверждающей онтологическое равенство всех акторов, включая Бога. Методологически темная экклезиология использует идеи объектно-ориентированных философов (Т. Мортон, Г. Харман и др.) и акторно-сетевую теорию Б. Латура. В темной экклезиологии происходит, если пользоваться терминологией Латура, пересборка церковного коллектива.
The article describes dark ecclesiology, a new theological theory of the church. According to the author, it represents a strategy of emancipation of the ecclesiastical thought and practice from clericocentrism. For centuries, ecclesiology focused on describing hierarchical structures that shaped normativity within the church. Everything strange and abnormal remained in the shadows. “Invisible" groups (women; queer people; unbaptized; human embryos; animals and other non-human living beings) fall into the shadow area and are excluded by the clerical authorities from the scope of ecclesiology. Dark ecclesiology allows for a fresh look at the church. As a theological research method, it reconsiders the church's composition, structure, and boundaries; it provides an opportunity to speak about earlier excluded church actors and things, avoiding their forced normalization within the framework of mainstream ecclesiological theories. The critical potential of dark ecclesiology makes it possible to reveal the contingency of church norms and the arbitrariness of the exclusion from the church of those who consider themselves to be church members. Shadow actors are described through theological infra-language, which is a way of correlating different perspectives and narratives in one space through which they express their belonging to the church. Dark eccle-siology refers to a flat ontology that asserts the ontological equality of all actors, including God. Methodologically, it uses the ideas of object-oriented philosophers (T. Morton, G. Harman, and others) and B.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.