Елена Викторовна Пруцкова — старший научный сотрудник научной лаборатории «Социология религии», доцент кафедры философии и религиоведения богословского факультета
Москва
Elena V. Prutskova — Senior Research Fellow at the Sociology of Religion Research Laboratory, Associate Professor
Moscow
Кирилл Васильевич Маркин — научный сотрудник научной лаборатории «Социология религии»
Москва
Kirill V. Markin — Research Fellow at the Sociology of Religion Research Laboratory
Moscow
В современной российской социологии религии слабая религиозность православных интерпретируется либо как «номинальная» принадлежность к православию, либо как нахождение на той или иной ступени на линейном пути к полному воцерковлению. Каждая из этих точек зрения страдает редукционизмом, чрезмерно упрощая богатую религиозную жизнь. В современном мире границы между основными оппозициями (сакральное — профанное, религиозное — светское), на которых строилась социология религии, перестают быть очевидными. Мы пытаемся обнаружить новые религиозные темы и установить, насколько значимый вклад в их развитие вносят как традиционное церковное благочестие, так и новые ценности современности (самореализация, экологичность, телесность…). Анализ проводится в рамках Q‑методологии: выделяется 8 прототипов религиозности на основании 30 Q‑сортировок набора из 136 карточек и глубинных интервью. Набор «Слабая религиозность» для Q‑сортировки разработан с опорой на идеи «Невидимой религии» Т. Лукмана и репрезентирует 8 сфер. Каждая сфера актуализируется через набор суждений, описывающих потенциальные опыты трансцендентного на разных уровнях или указывающих на важность этого опыта. Описания (всего 136) сформулированы в третьем лице. Выделено 8 прототипов: 1) «классическая» религиозность, 2) гражданская и политическая активность, 3) отношения с другими людьми, 4) духовность (спиритуальность), 5) телесность и здоровый образ жизни, 6) творчество и личная самореализация, 7) саморазвитие и общее благо, 8) работа. Мы показываем, что полученные прототипы могут интерпретироваться именно как религиозные, несводимые к какому‑либо нерелигиозному фактору.
Contemporary sociology of religion interprets the weak religiosity of the Orthodox Christians in Russia either as a “nominal” membership in Orthodox Church, or as a particular stage on a linear path to full churching. Both views oversimplify rich religious experience. The boundaries between the main oppositions (sacred‑profane, religious‑secular), on which the sociology of religion was based, are no longer obvious in the modern world. We are trying to discover new themes and analyze the contribution of both traditional church piety and new values of self‑realization, environmental friendliness, body, etc. The analysis is carried out within the framework of Q‑methodology: 30 respondents, analysis of prototypes of religiosity based on Q‑sorts of a set of 136 cards and in‑depth interviews. The “Weak Religiosity” Q‑set was developed based on the ideas of T. Luckmann’s “Invisible Religion” and represents 8 spheres. Each sphere is actualized through a set of statements that describe potential experiences of the transcendent at different levels or indicate the importance of this experience. Statements (136 in total) are formulated in the third person. The paper describes eight prototypes: 1) “classical” religiosity, 2) civic and political engagement, 3) relationships with other people, 4) spirituality, 5) body and a healthy lifestyle, 6) creativity and personal self‑realization, 7) self‑development and the common good, 8) work. We argue that these prototypes can be interpreted as specifically religious, irreducible to any non‑religious factor.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.