Светлана Рыжакова — ведущий научный сотрудник
Москва
Svetlana Ryzhakova — Leading Research Fellow
Moscow
Евгения Ренковская — научный сотрудник Лаборатории исследования и сохранения малых языков
Москва
Evgeniya Renkovskaya — Research Fellow, Minority Language Research and Preservation Lab
Moscow
Статья посвящена проблеме понимания и определения феномена мученичества применительно к истории и культуре Индии. Применение понятия «мученичество» к разным религиям (в частности, неавраамическим) и к различным обществам ставит перед исследователем ряд проблем, связанных с разным пониманием этого феномена в разных культурах, а также о применении этого термина и его аналогов к тем культурам, где такое понятие изначально отсутствовало. Будучи изначально христианским, понятие мученичества претерпевает трансформации и модификации в зависимости от дальнейшей сферы функционирования — в исламе, светском контексте и др. С учетом постоянных расширений и изменений изначального понятия мученичества в разных культурных парадигмах нам представляется целесообразным выделить некоторые общие компоненты, лежащие в основе этого феномена. Мы исходим из следующих критериев мученичества: во-первых, наличие внешних сил и обстоятельств, причиняющих смерть мученика; во-вторых, наличие благих (с точки зрения конкретного социума) идеи или цели, за которые погибает мученик; в-третьих, посмертная память и почитание, непосредственно связанные с мученической смертью, при которых мученик прославляется за верность идее и/или как образец для подражания. В работе предлагается выделять три возможные модели мученичества, известные в истории и культуре Индии: модель шахадат — страдания и гибель за свои убеждения, как религиозные, так и политические, положенная в основу современного индийского национального «пантеона» мучеников; «кшатрийская» модель, связанная с воинской этикой; и «культово-вернакулярная» модель, лежащая в основе формирования местных почитаемых божеств.
This article is an attempt to analyze the problem of understanding and defining the phenomenon of martyrdom in relation to the history and culture of India. The application of the concept of “martyrdom” to different (in particular, non‑Abrahamic) religions and to different societies poses a number of problems related to the cross‑cultural conceptualization of this phenomenon and the application of the very term “martyrdom” or its analogues to those cultures where such a concept was initially absent. Being originally Christian, the concept of martyrdom undergoes all kinds of transformations and modifications as applied to different contexts. We therefore start with defining some key criteria of the phenomenon. First, it is the presence of external forces and circumstances causing the death of a martyr; second, it is a reference to some good ideas or goals for which the martyr died; third, it is a posthumous memory and veneration, directly related to the death of a martyr who thus becomes a role model. The authors single out three possible models of martyrdom, known in the history and culture of India: shahadat — suffering and death for one’s beliefs, both religious and political, underlying the modern Indian national “pantheon” of martyrs; the kshatriya model, associated with military ethics; and the vernacular model, which underlies the formation of locally worshiped deities and deified heroes.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.